О том, как я начал читать и писать

Родился и вырос я в узбекской махалле (Кукча). Там же учился в узбекской школе. В общем, был типичным старогородским махаллинским парнем.

Я достаточно рано начал читать толстые художественные книги как на узбекском, так и на русском языках. Отец и мать, оба ученые и преподаватели, любили книги и поощряли своих детей читать.

Хорошо помню первые большие книги, которые прочел во втором классе школы: «Хижина дяди Тома» Гарриет Бичер-Стоу, «Махабхарата» (изложение эпоса в одном томе), «Робинзон Крузо» Даниэля Дефо и «Одиссея капитана Блада» Рафаэля Сабатини. Эти четыре книги (первые три – на узбекском, последняя – на русском) произвели на меня колоссальное впечатление, долгое время я буквально жил ими. Помню, как я сильно переживал за старика Тома за те обиды и несправедливости, которым он подвергался.

Интерес к литературному творчеству проснулся у меня достаточно рано. Первое свое стихотворение написал, кажется в первом классе. Правда, тогда очень удивлялся схожести одного стихотворения Гафура Гуляма, которого учил мой брат в более старшом классе, моему четверостишью. Тогда, по-видимому, я не осознавал, что невольно перенес некоторые элементы стихотворения классика, выучиваемого братом, в свое «произведение». Но, ничего, бывает. Домашние улыбались, однако старались не отбить у меня охоту к стихосложению.

В детские и юношеские годы я много читал. Даже очень много. И мне это страшно нравилось. Кое какие книги были дома, некоторые брал у родственников, активно пользовался районной детской библиотекой (ах, с каким волнением ходил туда!). В подростковом возрасте прочитал полное собрание сочинений Оноре Бальзака в 24-х томах (на русском языке). Это было нечто! Очень волнительно, очень поучительно. Я жил жизнью бальзаковских героев, целыми днями ходил, окунувшись в потрясающий мир Бальзака. Тогда я больше всего читал французских классиков. Затем были узбекские, русские, английские, американские, скандинавские и другие классики и современные писатели. Много читал фантастику, особенно американскую. В общем, круг моего чтения постоянно расширялся.

В те годы доставать хорошие книги было непросто. Тогда некоторые популярные издания можно было приобретать за талоны, сдав определенный вес макулатуры. Обычно за 20 кг. сданной макулатуры можно было купить один том популярной книги. Я, соответственно, активно собирал макулатуру и сдавал ее, получая взамен талоны. По мере возможности я расширял нашу домашнюю библиотеку.

Апогей моей читательской активности – я имею в виду чтение художественной литературы – пришелся в студенческие годы. Мне очень повезло: в университетской группе, где я учился, были очень начитанные и эрудированные ребята, которые часто находили новые и интересные книги и делились со мной. Нередко я читал по одному роману в день. Особенно повезло с великолепной библиотекой моего друга Вадима Аврукина. Спасибо, дорогой Вадик, за доступ к твоей бесценной библиотеке! Я, наверное, не стал бы тем, кем стал, без той библиотеки.

Я достаточно рано начал мечтать стать писателем. Писать стал пробовать в школе, но в подростковом возрасте. Помню, однажды в восьмом или девятом классе прочитал объявление в газете «Комсомольская правда» о том, что в болгарском городе Габрово состоится конкурс юмористических произведений. Был дан адрес, куда можно было отправить юмористический рассказ. Победителей ждала поездка в Габрово. Я, помню, очень загорелся. Написал несколько вариантов юмористического рассказа, где-то даже смог напечатать его на машинке. И отправил свой рассказ его в Габрово! Я был почти уверен, что меня ждет приз – заветная поездка в Габрово. И долго я ходил и ждал торжественного письма-приглашения в Габрово. Увы, никакого письма не получил. Но название этого болгарского города до сих пор звучит для меня заманчиво.

Писать я пробовал и на узбекском, и на русском языках. Поскольку я рос в среде, где в основном разговаривали на узбекском, но сам больше всего читал книги на русском, мой стиль художественного письма стал своеобразным: не совсем узбекском, и не вполне русским. Когда я показывал кому-то свои рассказы, написанные на узбекском языке, мне говорили, что это написано не совсем по-узбекски. То же самое происходило и с моими вещами, написанными на русском: ну, не очень по-русски, говорили. В общем, довольно долгое время мой литературный стиль был, как говорится, не туды и не сюды. (Продолжение следует).

One comment

  1. Алишер ака ассалому алайкум. Мен хам Кукчаданман. Шишкинда 186 мактабда укиганман Оклонда. Мен хам езиб тураман. Энг кизиги, менда хам икки тиллик. Мен хам узбек синфида укиганман. Лекин 5 йил Москвада илмий иш килиб, русча фикрлаш голиб чиккан. Якинда бир тупламни тугатгандим. Шуни сизга укишга юбормокчи эдим. Бундан олдин Яшинлар аро йул ва русчаси Путь через молнии тупламини коллеж лицейларда инновацион фикрлаш дарслиги сифатида апробациядан утказгандим.

    Like

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s