Я

Наконец, собираюсь встать. «Ну, давай!» – командую. Но тут же останавливаюсь. «Подожди», – говорю себе. «Почему я должен подчиняться этому приказу? Ведь я уже не тот, кто это сказал секунду назад. И не тот, кто слушал это. Я уже другой, кстати, а теперь уже другой даже по сравнению с тем другим. И с этим другим, и с нынешним, и с будущими. Я меняюсь, пока говорю. Он меняется. Все мы меняемся».
Мысль о вставании улетучилась, я всецело занят внутренним диалогом: «И вообще, как я вообще могу говорить себе? Это же абсурд. Если я говорю себе, то значит, что второй, слушающий, это не я. Или если я слушаю, то тот, говорящий, не я. Я же не могу одновременно говорить и слушать себя», – заключаю я.
«Ах да, все дело во времени», – успокаиваюсь, но тут же понимаю, что это сказал не я. «И не я отрицаю это. Я лишь постоянно слежу за тем, кто выступает как я. Но наблюдаю и за тем, кто следит за мной. Подмечаю и следящего за следящим», – картина как-то проясняется.
«Но сколько во мне существуют наблюдателей, каждый из которых имеет свое я? Лишь один я», – говорю себе, и задумываюсь над этими двумя я. «Вернее, над тремя я – сказавшим, слушавшим и задумавшимся. Нет, над четырьмя – ведь сюда же добавился и обобщивший все это, то есть я. А теперь и пятый, шестой, седьмой…».
«Это что – реальность или сон? А кто его знает? Одно могу сказать: есть нечто такое, что объединяет все эти я и тем самым делает всех нереальными: я».