Социально-психологические тренинги приобрели популярность в бывшем Советском Союзе в годы перестройки, хотя отдельные психологи начали практиковать их еще в конце семидесятых и начале восьмидесятых. Можно сказать, что различного рода групповые психологические изыскания середины восьмидесятых годов XX в. были органической частью происходящих тогда в стране крупномасштабных процессов поиска нового в социальной и индивидуальной жизни людей.
В 1980-1983 гг. мне, тогда еще аспиранту, довелось ознакомиться с некоторыми тренингами в Москве. Но всерьез этим делом я заинтересовался в 1986-1987 гг. опять же в Москве в ходе своей годичной научной командировки в Институте психологии Академии наук СССР. Тогда в страну мощным потоком прорвалось из Запада т.н. групповое движение. В то время особой популярностью пользовались сензитивные тренинги (тренинги межличностной чувствительности), «т-группы», «группы встреч» и другие формы личностного роста с использованием возможностей малых групп. В этом контексте огромную роль сыграл визит в Москву (1986 г.) одного из лидеров подобного направления личностного роста выдающегося американского психолога Карла Роджерса. Интерес к этому визиту был огромный, и попасть на публичные выступления Роджерса было непросто, несмотря на то, что выступал он в больших залах. И конечно, я, тогда еще молодой кандидат психологических наук, горящий желанием послушать одного из корифеев гуманистической психологии, создателя центрированной на личности (клиенте) психотерапии, сделал все, чтобы оказаться на всех больших выступлениях Роджерса. А Роджерс, надо сказать, не просто выступал, но и смело демонстрировал перед большой аудиторией свои техники работы с клиентами.
Карл Роджерс произвел в Москве фурор. Он собирал огромные аудитории профессионалов и любителей, привнес действительно много нового, свежего для советских психологов. Я был очарован этим восьмидесятичетырехлетним ученым и практиком. И совершенно естественно, что после этого визита интерес к роджеровским «группам встреч» (encounter groups) значительно вырос не только в Москве, но и других городах бывшего Союза.
Вместе с тем быстрыми темпами развивались и другие направления группового движения. Одни увлеклись тренингами личностного роста, другие интересовались поведенческими тренингами. Но в те времена многие психологи пробовали все, что можно было пробовать. Поэтому возникали и причудливые тренинги без явных теоретических основ или на основе невероятного коктейля противоречивых теорий и установок, а также без всякой опоры на те или иные теории или концепции. В то время приобрели определенную популярность и т.н. марафонские, т.е. суточные тренинги (без сна и выхода из помещения). Попасть на тренинги было не просто. Кроме американских тренеров в страну стали приезжать и европейские специалисты, а наши психологи-тренеры устремились в другие страны, где можно было пройти соответствующие курсы обучения.
Тогда же появились и наши собственные звезды социально-психологического тренинга. Среди них, как мне казалось, особо выделялся Хенн Миккин – эстонец, один из пионеров и ярких звезд тогдашнего группового/тренингового движения в бывшем Союзе (при этом он одним из первых стал использовать видеоаппаратуру в групповой работе, записывая те или иные действия и упражнения и затем совместно с участниками анализируя записи). Это был незаурядный и очень интеллигентный человек, абсолютный европеец, говоривший по-русски с легким и изящным акцентом. Мне посчастливилось лично знать Миккина и учиться у него – я ездил к нему в Таллин и он гостил у меня в Ташкенте. (Продолжение следует).
Alisher Faizullaev 