1988-1993 были годами интенсивного поиска в тренингах. Это было связано с моей новой работой в качестве заведующего кафедрой социальной и организационной психологии Института повышения квалификации руководящих работников Узбекистана при Совете Министров республики и моими поездками в США, где я имел возможность пройти различные тренинги, а также самому вести некоторые занятия[1].
По приглашению американских коллег в 1989 г., 1990 г. и 1992 г. я много раз ездил в США, проходил там различные тренинги и сам частично вел занятия. Были тренинги в корпорации «Context Associated» (затем мы их пригласили в Ташкент и они провели у нас ряд успешных тренингов в больших группах), тренинги в различных университетах и компаниях по управленческому консультированию. Встретился я и с учениками Карла Роджерса (в частности, с Марией Бовен, которую я пригласил в Узбекистан и которая провела в Ташкенте первоклассный тренинг, основанный на роджеровском методе), с известными трансперсональными психологами, тренерами и консультантами в области организационного поведения и развития. Затем некоторые из них, по нашим приглашениям, приезжали в Ташкент и проводили тут тренинги. Особенно я благодарен Милларду Мотту, Бобу Нессу, Кэтрин Клеари, Криссе Меррон и некоторым другим моим американским друзьям за содействие в организации моих поездок, выступлений и тренингов в Америке.
Вот что тогда я вынес, наблюдая за работой иностранных тренеров за границей и в наших условиях. Я увидел, что их тренинги, прежде всего, технологически очень хорошо разработаны. Каждый тренинг – своего рода качественный продукт, которого продают клиентам. При этом имеет значение не только содержание тренинга, но и его оформление (packaging). Отсюда – большое значение, придаваемое составлению и оформлению раздаточного материала. Солидный раздаточный материал – непременный атрибут многих деловых тренингов, особенно корпоративных.
Сам процесс тренинга проходит, как правило, по четко обозначенной схеме. Определенные импровизации, конечно, могут быть, но все в жестких рамках общей схемы, в пределах заранее обусловленных временных параметров. Временные рамки (timing) имеют большое значение, они должны соблюдаться (ибо все – и тренеры, и участники ценят время).
Тогда мне показалось, что в целом хорошие деловые тренинги известных западных коллег можно сравнить с отлично налаженной машиной, даже с классным автомобилем («Мерседес», «Ягуар», «Порше» и т.п.). Машина работает безупречно, все детали продуманы и четко взаимодействуют между собой. Как правило, все участники таких тренингов остаются довольными, ибо они потребляют высококлассный и конкурентоспособный продукт (второстепенный продукт даже не пробьется на рынок).
Но в наших условиях подобные классные продукты порой давали некоторый сбой: классный западный автомобиль хорош на отличных дорогах, но у него могут появиться проблемы в непривычных дорожных условиях. Те западные тренеры оказывались более успешны в наших условиях, которые были креативны и могли, при необходимости, отходить от заранее намеченных схем проведения тренинга (отвечая на нестандартные вопросы, реагируя на необычное поведение участников, ведя занятие в непривычных условиях и т.п.).
Словом, тогда я поставил перед собой задачу найти такие способы проведения тренингов, которые объединили бы, с одной стороны, структурную четкость и продуманность западных моделей и, с другой, содержали бы в себе значительный потенциал свободного (креативного) управления, при необходимости. Иначе говоря, структурированность тренинга сочеталась бы с возможностями креативной импровизации. Можно сказать, захотелось соединить как бы два разных жанра: что-то наподобие классической музыки и джаза. Но такое соединение должно быть органическим, а не механическим. (Продолжение следует).
Некоторые фотографии тех лет:
[1] Создать эту кафедру и заведовать ею меня пригласил Юрий Яковлевич Сычов, работавший в том институте деканом факультета управления. Он был энтузиастом науки менеджмента и всячески поддерживал оригинальные идеи и начинания.
На кафедре у нас образовался классный коллектив тренеров-энтузиастов: в качестве преподавателей я пригласил Наргиз Бабаджанову, Марину Волкову и Татьяну Хащенко – энтузиастов социально-психологических тренингов. Из-за того, что кафедра в основном имела дело с краткосрочными курсами, мы в целом сосредоточились на деловых тренингах. Я с удовольствием вспоминаю этот период в своей жизни, ибо мы много экспериментировали и создавали свои авторские тренинги. Было здорово, что наши тренинги пользовались успехом у слушателей.
Кроме тренингов для слушателей ИПК, мы стали заниматься и управленческим консультированием, а также тренингами для создаваемых в те времена кооперативов и других форм предпринимательской деятельности.
Наша совместная работа продолжалась до 1993 г., когда я перешел на госслужбу. За это время наша кафедра дважды сменила вывеску – когда ИПК руководящих работников преобразовали в Институт политологии и управления в 1990 г., а затем в 1992 г. после создания Института управления при Университете мировой экономики и дипломатии (директором которой я стал) на физической базе предыдущего института. Иными словами, с 1987 до 1993 г. кафедра, где я работал, несколько меняя свое название, функционировала в составе трех разных вузов.
Alisher Faizullaev 