В общем, если в «малой» политике женщины все же имеют определенные рычаги влияния на мужчин и семейную жизнь в целом, то в большой политике – в управлении государством, экономическими, общественными и международными отношениями – о существенном повышении роли женщин, за отдельными исключениями, пока не приходится говорить. Отсюда – вопрос о том, насколько вообще современные представления о большой политике могут сочетаться с нынешним пониманием природы и возможностей женщин.
Можно сказать, что современные представления о большой политике и женской природе как-то мало сочетаются между собой. Иными словами, если женщина добивается успеха в большой политике, то в глазах многих она превращается… в мужчину. Вернее, ей надо по существу стать мужчиной, чтобы пробиться в большую политику и чего-то там достичь. Отсюда, возможно, и неприятие многими простыми женщинами женщин-политиков, распространенное голосование женщин-избирателей против кандидатов-женщин.
Пока политика и власть будут пониматься в мужских категориях, в этих сферах женщина обречена на второстепенную роль. Значит, для того, чтобы добиться равноправия между мужчинами и женщинами в политической сфере необходимо менять природу самой политики, но не самих мужчин и женщин. Хотя и банально звучит, но мужчина – это мужчина, а женщина – это женщина, и есть между ними определенные различия. Но в сегодняшней большой политике бедная женщина – это и не совсем женщина, и не полностью мужчина, вернее, и женщина, и мужчина одновременно. Вот пример. Обычно высокий социальный статус – а таковым обладают видные политики – дает возможность человеку быть в центре группы, вторгаться в чужое пространство, трогать и контролировать других индивидов, инициировать, прерывать и заканчивать разговор, повышать голос, задавать вопросы и предлагать темы для обсуждения. Вполне мужское поведение, не правда ли? Но если женщина, даже крупный политик, продемонстрирует такое поведение, то это скорее будет восприниматься как социально и сексуально вызывающее поведение. Посмотрите на канцлера Германии Ангелу Меркель – как она скромно держится в группе других мировых лидеров – не то, что бывший канцлер Герхард Шредер. И не зря Маргарет Тэтчер, которая вела себя вполне уверенно, была названа железной леди (один из наблюдателей назвал ее даже «единственным мужчиной в британском правительстве»).
Но несомненные успехи А.Меркель как политика – политика с вполне женским лицом – дает надежду, что у женщин в большой политике пока не все потеряно.
Что можно предложить взамен мужским правилам в политике? Вместо силы – слабость, вместо доминирования – подчинение? Нет, конечно. Это было бы перевернутой и такой же однобокой концепцией политики и власти, как ныне существующая. Эра настоящего мужского и женского равенства в политике может наступить лишь тогда, когда человечество вновь вернется в своего рода первобытный коммунизм – общество равных. Как известно, неравенство между людьми возникло в процессе разложения первобытного общества. И новое социальное и политическое равенство между полами опять может возникнуть лишь с воссозданием общества гендерного равенства, но на новом технологическом и экономическом уровне. Важнейшее условие подобного равенства – это отсутствие разделения труда между мужчинами и женщинами. Любое социально конструированное разделение труда ведет к неравенству. Это уже было, когда в далекую эпоху мужчины стали заниматься охотой и войнами, а женщины – собирательством и домашним очагом. И лишь высочайший уровень технологического развития может позволить мужчинам и женщинам в одинаковой степени заниматься всяким трудом. Лишь соответствующая технология может позволить мужчине одинаково с женщинами стирать белье и возиться с младенцем, а женщине – защищать границы и тушить пожары, как и мужчины.
Alisher Faizullaev 
V Germanii voobshe govoryat chto Angela Merkel – eto ONO, “chelovek bez pola”…
LikeLike
Ну, не согласен: она, на мой взгляд, остается женщиной, будучи крупным политиком. И это показывает, что женщины могут быть большими политиками, не превращаясь в мужчин.
LikeLike
Утверждать, что мужчины и женщины равны во всем – это глупость. Очевидно, что они разные, и половой диморфизм никто не сможет отменить. Более того, даже в коммунах французских социалистов-утопистов в XVIII веке женщины все равно были склонны выполнять традиционные женские работы, несмотря на то, что организаторы коммун старались, чтобы мужчины и женщины занимались одинаковым трудом.
Вместе с тем я согласен с теми, кто считает, что гендер – это социальный конструкт, и он формировался исторически. Речь идет не о половом различии между мужчинами и женщинами, а о гендерном, то есть социально обусловленном. Как известно, социализация мальчиков и девочек происходит различным образом: у первых чаще всего через жесткие игры, а у вторых – через игры в куклы. Как отмечала Райан Эйслер, автор известной книги «The Chalice and The Blade», история – это история мужчин. А между тем это не всегда было так. В эпоху неолита, например, было гендерное равенство (при половом неравенстве).
Мне представляется, что женщины – во всех без исключения странах мира – могут быть более достойно представлены в общественной и политической жизни. И это будет благом не только для них, но и для всех, в том числе и для мужчин. И не обязательно, чтобы женщина-политик была похожа на Маргарет Тэтчер (традиционно скорее мужской тип поведения), но она может быть вполне успешной, и будучи похожей на Ангелу Меркель (традиционно скорее женский тип поведения).
LikeLike
Алишер, Вы всерьез считаете, что равенство мужчин и женщин в вопросе обязанностей принесет кому-то благо?
Зачем нужно мужчине стирать бельё, а женщине защищать границы? Разве разделение труда мужчин и женщин "социально конструированное"? А не отличиями ли в нашей физиологии оно обусловлено? Женщина рожает детей – и для того, чтобы их растить и воспитывать есть и материнский инстинкт, и строение тела, и психика, принципиально отличающаяся от мужской.
На мой взгляд как раз разговоры о необходимом равноправии – социально конструированы. Мы разные.
Женщина может с большим успехом быть и политиком, и сварщиком, и пограничником. Но это не принесет счастья ни тем, кто ее окружает, ни в первую очередь ей. Я прошла этот путь – от карьеристки до по-настоящему счастливой и гармоничной женщины, и моё мнение – предназначение женщины – быть проводником любви и радости. Если она может делать это выполняя какую-то работу, отлично. Но это явно не мужские виды работы. А зачастую можно и не работать совсем, если работа мешает сохранению гармонии, а ее отсутствие помогает 🙂
И я не теоретизирую здесь, это опыт моей жизни, и я знаю множество других примеров. По-настоящему счастливой делает женщину не равноправие, а признание ее женской природы и непохожести на мужчину. Ну разве только, если цель женщины – не быть счастливой, тогда, возможно, равноправие – то, что нужно.
LikeLike
Абсллютно с вами согласна, и ключевое словосочетание для меня – это “социально конструированный”. Вообще всякое преписывание ролей и мышление ролевыми категориями типа: “так нельзя, веди себя как девочка” уже с детства способствует развитию определенных категорий, ограничивая естественность равноправия в сферах и взрослой жизни тоже, например в сфере большой политики.
Несмотря на наличие биологических отличий (которые может и влияют как-то на специфику познания), в целом ни умственно, ни морально ни по выносливости своей, женщины особо не отличаются от мужчин. По принципу того, что можно разными путями и в параллельно существующих системах, прийти к одинаковым или сравнимым результатам.
Что касется Меркель и Тетчер, думаю тут в их имедже “женственноой” и “мужественной” женщин, соответственно, сыграли не столько их “явление”, т.е. внешний вид или элементы поведения (я наблюдала моменты достаточно “мужественных” проявлений и у Меркель), а скорее жесткость решений, принятых в политике, которые им приходилось принимать. Но тут уж дело за вкусом и стилем, которые я бы разделила на, в целом, жесткий и мягкий, а не мужской и женский. Иначе уж можно аргументировать и так, что если Меркель – “женственна” по причине стиля ведения своей политики, то как минимум еще половина мужских представителей в области большой политики так же обладают необычайной “женственностью” стиля 😉
LikeLike
Да, согласен, хорошие замечания.
LikeLike
А что на счет “закулисья”? Говорят, многие хорошие политики плохо закончили “из-за женщин”.
LikeLike
По-настоящему хорошие политики не заканчивают плохо из-за женщин или мужчин, потому что они хорошие политики. (А пример “плохого конца” неплохого политика блестяще описан в романе Чарльза Перси Сноу “Коридоры власти” – рекомендую, блестящее произведение. Кстати, и выражение “коридоры власти” оттуда).
LikeLike