В нашей культуре хитрость вполне сочетается с мудростью: традиционно мудрые не были лишены хитрости, а хитрые – мудрости. Самый яркий пример – Насриддин Афанди, или Ходжа Насриддин. Он и мудрец, и хитрец. И, конечно, помыслы у него позитивные, доброустремленные.

Нельзя по-настоящему обмануть других, не поверив в свой обман. Для того, чтобы обмануть других, искусный обманщик прежде всего должен обмануть себя. А для этого он должен быть искренним. Поддельность – помеха даже в обмане.

Люди часто попадают в ситуации, где одни действуют в качестве охотника, а другие –потенциальной жертвы. Например, когда вас останавливает сотрудник дорожной службы за нарушение правил дорожного движения. Нередко в таких ситуациях потенциальная жертва начинает врать, оправдывая себя. Иногда это действует, но чаще всего нет. А порой правда действует более эффективно, чем обман: неоднократно был свидетелем, когда гаишник без всякого штрафа отпускает, если человек чистосердечно признается, что допустил нарушение и сожалеет об этом. Правда может обезоружить кого угодно. Еще Шуазёль говорил: “Подлинная хитрость заключается в том, чтобы говорить правду: порой в решительной, но неизменно в изящной форме”.

Путешествия, поездки, незнакомые места – хороший тренинг выживания. Если путешественник не сообразителен и не смышлён, его быстро или обокрадут, или даже могут съесть с потрохами.

Мы часто можем видеть, как слабая сторона побеждает в переговорах. Потому что она использует свою слабость как силу. Томас Шеллинг, один из самых уважаемых мной ученых, писал, что «в ситуации торга слабость часто оборачивается силой, свобода — свободой капитулировать, а сожжения мостов за собой может хватить для уничтожения противника». В общем, главное не в том, что ты силен или слаб, а в том, как ты используешь свою силу или слабость.