Они находятся в Кашкадарьинской области Узбекистана, местечке «Мираки», замечательном лагере «Лочин», откуда я только что приехал и где проводил тренинги для участников летнего лагеря Центра молодежных инициатив «Келажак овози».

В июльском номере журнала “Дружба народов” (Москва) опубликовано эссе Алишера Файзуллаева “Утренний плов как социальное действо”. Электронный вариант: http://magazines.russ.ru/druzhba/2011/7/fa10.html

Сегодня оказался в лифте с одним пацаном лет семи. На нем была футболка какого-то футбольного клуба.

– За кого болеешь? – задал я вопрос.

– За мадридский «Реал», – немедленно ответил он.  

– А кем ты хочешь стать в будущем? – спросил я, ожидая, что тот ответит: “футболистом”.

– Президентом, – тут же последовал неожиданный ответ.

– Ага, – понимающе улыбнулся я. – А куда собираешься пойти учиться, если хочешь быть президентом?

– Ну, это знает мой папа, – незамедлительно ответил собеседник.

Сейчас никакая страна в мире не может преуспевать, оставаясь закрытым. Но открытость всегда сулит риски и вызовы. Единственный способ победы в современном мире – это строить открытую экономику, максимально рассчитывая риски и готовясь к вызовам. При этом риски и вызовы не должны тормозить страну, а стимулировать ее рост. Для этого должна быть критическая масса инновационно мыслящих управленцев, специалистов и просто сочувствующих обывателей. Один из ключевых элементов такой стратегии – развитие сети конкурирующих (государственных и негосударственных) школ бизнеса и управления. Бизнес-школы, как никакие другие образовательные институты, способны развить в обществе предпринимательский дух и творческое начало. Они – двигатели рыночной экономики и инновационные мастерские.

Пример Китая и других динамично развивающихся стран Азии показывает корреляцию между экономическим развитием и усилением роли бизнес-школ в стране. А о развитых странах Запада даже не приходится говорить. Один лишь пример: раньше любой лауреат Нобелевской премии мог, при желании, подать заявку на британское гражданство. Сейчас эту категорию лиц исключили, но добавили выпускников ряда ведущих (прежде всего американских) бизнес-школ мира со степенью МВА. Потому что считают, что эти люди будут развивать экономику, привносить в общество инновации, словом окажутся весьма полезными для страны. Вот как ценят в современном мире хорошее бизнес-образование на уровне МВА.

В современном мире складывается глобальная сеть и глобальный рынок высшего образования (на уровне начального и среднего образования такое явление еще не прослеживается). Существует Болонский процесс, выступающий мощным катализатором стандартизации высшего образования, прежде всего в Европе; все большее количество университетов вступают в процесс обмена между преподавателями и студентами; многие вузы начинают признавать «кредиты» или учебные курсы друг друга; огромная масса студентов отправляется за рубеж для получения высшего образования; сложился своеобразный международный рынок преподавателей и даже университетских администраторов, включая ректоров.

            Когда футболиста из какой-то развивающейся страны принимают в один из ведущих европейских футбольных команд в качестве основного игрока, большинство его соотечественников радуется за него и за свою страну. Словом, многие воспринимают подобную «утечку ног» с восторгом.

            Когда какой-нибудь рабочий этой страны уезжает на заработки в Европу или Америку, то многие к этому относятся с пониманием. Не бывает особой радости, но нет и особого огорчения. Иными словами, такая «утечка рук» волнует разве что каких-то политиков и правительственных чиновников.

            Когда ученый или специалист все той же страны устраивается на работу в какой-нибудь известный западный университет в качестве профессора или в знаменитую американскую компанию в качестве заведующего исследовательской лабораторией, то многие соотечественники воспринимают это неоднозначно, потому что привыкли относиться к «утечке мозгов» негативно или же с настороженностью. (Хотя есть отдельные и растущие примеры общественного восторга в развивающейся стране, когда выходец из нее становится видным ученым или журналистом или специалистов в одной из развитых стран).  

На конкуренцию между индивидами на всеобщем уровне оказывают воздействие глобальные политические, экономические, социальные и другие силы. Иными словами, на самом деле часто о «чистой» индивидуальной конкуренции  не приходится говорить, потому что отдельные люди всегда ассоциируются с какими-либо факторами более общего свойства. Так, Джон, о котором мы уже говорили, является не просто отдельным индивидом, но и гражданином США, а Ахмед и Сара – соответственно гражданами Пакистана и Израиля. Представьте, что все они претендуют на одну вакантную должность. Одно дело, если это аналитическая работа в каком-нибудь инвестиционном банке в лондонском Сити: в таком случае у Джона, Ахмеда и Сары будут более или менее одинаковые шансы, т.е. все решит их профессиональные и личностные характеристики. Но если эти трое будут претендовать на профессиональную или политическую должность в международной организации, скажем в секретариате ООН, то их гражданская принадлежность даст о себе знать. В таких случаях на выбор могут повлиять такие факторы, как размер обязательных и добровольных финансовых взносов страны в ООН, писаные и неписаные квоты для представителей различных государств, репутация страны, поддержка и лоббирование со стороны официальных властей государства и т.п. И тогда есть вероятность того, что проходит не лучший с точки зрения индивидуальных качеств, но более подходящих в политическом плане кандидат. Иными словами, политическая или экономическая мощь и конкурентоспособность страны влияют на индивидуальную конкурентоспособность ее граждан.