«Гап» – весьма интересный феномен нашей культуры. Люди у нас, особенно в Ташкенте, любят устраивать гап, т.е., буквально говоря, «разговор». В гап вовлечены молодые и пожилые, мужчины и женщины, богатые и бедные, словом, это всеобщий феномен. Гапы – это своего рода групповые посиделки, организуемые поочередно членами группы, куда могут войти друзья, родственники, соседи, коллеги и другие люди, с кем можно посидеть, вместе поесть и, конечно же, насладиться беседой. Нередко человек входит в несколько гапов.

Сейчас на Западе, особенно в США тоже становятся популярными своего рода гапы (в данном случае название условное, конечно), в которых женщины или мужчины, встречаясь регулярно, ведут беседу на различные темы. Насколько я знаю, это не является частью т.н. группового движения, имеющего, прежде всего, направленность на личностный рост участников. Американские посиделки нового типа, скорее, выполняют социальную функцию, т.е. заполняют определенную брешь в дефиците социального общения.

Наши гапы, конечно, имеют свои социальные и культурные особенности. Я собираюсь написать одну вещь про гап, поэтому буду признателен, если читатели этих строк поделились бы своим опытом участия в гапах или наблюдениями за различными гапами. Интересно, почему гапы столь популярны, какие встречаются особенности в их организации. Поделитесь, пожалуйста, если у вас есть что сказать.

Мой покойный отец порой вспоминал один из эпизодов своего детства. В голодные тридцатые годы он как-то оказался у родственников, где приготовили редкий тогда плов. Отца усадили за стол и пригласили отведать дефицитное угощение. Отец ответил отказом, помня о том, что надо подождать до третьего приглашения. Затем последовало второе приглашение, на что отец опять сказал «нет, спасибо, я не голоден». На самом деле, будучи голодным, он с нетерпением ждал, когда будет третий уговор. Но его не было, и отец вернулся домой голодным.

Сейчас, конечно, трудно представить такое, но тем не менее и в наше время многие гости приступают к еде лишь после настойчивых приглашений хозяев. А хозяевам, особенно в домашних условиях, сам бог велел вновь и вновь просить гостей «смотреть на достархан» и угощаться. Иначе гости, даже если они пришли на пиршество, могут остаться голодными.

Любой язык в определенной степени контекстуален, то есть наиболее адекватно может быть понят в определенной социальной и культурной среде. Поэтому во всех языках есть слова, которые весьма трудно перевести на другие языки.

Узбекский язык богат словами, выражающими весьма тонкие сферы человеческих отношений, связанные с этическими моментами. Многие из этих слов очень трудно перевести на другие языки: они столь тесно переплетены в местный социально-культурный и эмоциональный контекст, что любой отрыв от него определенным образом выхолащивает, обедняет их содержание. Среди таких слов – ибо, андиша, ор, номус, хижолат, диёнат, окибат, инсоф, шарм, хаё, нафс, иффат, мехр, латофат, назокат и многие другие. Они говорят о едва уловимых для внешнего наблюдателя свойствах человеческой души в социальном и межличностном контексте, выражают деликатные состояния сознания личности в ее взаимоотношениях с другими людьми.

Обратил внимание, что особенно много слов, означающих стыд, стыдливость, застенчивость, смущение, достоинство, совесть, правдивость, нежность, тонкость, изящество в поведении и общении, а также чувства, связанные с возможными (не дай бог плохими!) последствиями поступков.