Тегеран потряс меня, прежде всего, своими автомобилями и дорожным движением. Нигде в мире – ни в Нью-Йорке, ни в Лондоне, ни в Москве я не видел такие ужасные автомобильные пробки, как в Тегеране. Нигде в мире – ни в Риме, ни в Ташкенте, ни в Софии я не замечал таких шоферов-лихачей, как в Тегеране. Вспоминая Тегеран, в моем сознании всегда мелькает вопрос о том, как там пешеходы умудряются целыми и невредимыми переходить улицы.
Мне показалось, что в Тегеране водители начисто игнорируют пешеходов и всякие дорожные обозначения, и знаки пешеходного перехода не имеют ни малейшего значения. Возле базаров, где особенно много машин, водители могут вдруг притормозить и вступить в продолжительные разговоры, совершенно не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Машин в Тегеране столь много, что власти были вынуждены ввести ограничения на их движение: в соответствии с номерами, автомобили могут выезжать в город лишь в четные или нечетные дни недели. Бензин, рассказывали мне, раньше стоил гораздо дешевле: 60 литров за один американский доллар. Когда я там был несколько лет назад, бензин значительно подорожал, и за доллар можно было купить лишь 25 литров. Continue reading “Тегеран” →

Наблюдая за людьми в различных клубах или иных местах, где они заняты двигательной активностью, я замечал, что многие из них включены в процесс жизнетворчества. Игра в настольный теннис или в бадминтон в городском парке, занятие танцем или аэробикой в спортивном зале университета, пляжные игры или прогулка по лесу, упражнения тай-цзи или спуск на санках с горки может дать человеку не только физическое наслаждение, но и переживания, близкие к пиковым. Возможности движения широко используются в различных системах динамической саморегуляции, психотерапии и трансовых практиках. Двигательная и танцевальная терапия, многие формы телесно ориентированной психотерапии, динамическая медитация Ошо, медитация на ходу (шагающая медитация), суфийские танцы, упражнения цигун и тай-цзи основываются на идеях психофизиологического единства человека, цельности души и тела и содержат в себе мощный психологический, психотерапевтический и жизнетворческий потенциал. Самое интересное в том, что настоящий покой можно найти в движениях. Но не во всех, а в медленных и сознательных, с глубоким дыханием и средоточием.

Жара, непривычная влажность, душно думать. Бездумье лето.

Бессмертие есть часть жизни и мироощущения человека. Почему многие люди так стремятся оставить после себя след? Почему некоторые готовы пожертвовать жизненными благами ради посмертной славы? Почему людям значимо то, что скажут о них потомки? Не касаясь религиозной стороны вопроса, мне кажется, что человек, уверовав в оставлении им после себя вечной памяти, действительно соприкасается с вечностью, по крайней мере, психологически, что, в принципе, и есть единственно реальное – в смысле субъективной значимости – соприкосновение.
Например, построив грандиозное сооружение или сделав гениальное научное открытие, человек, сознательно или бессознательно, понимает, что люди будут помнить о нем и после его смерти через его достижение, и он, осмысливая свое дело, психологически ощущает эту память, а тем самым, окунается в вечность и чувствует ее. Даже короткое пребывание в вечности дает человеку бессмертие, ибо для вечности нет категорий короткости или длинноты.
Таким образом, написав книгу, посадив дерево, построив дом или породив ребенка, человек субъективно продлевает свою жизнь, делает посильную заявку на вечность. И что важно, эта заявка всегда – субъективно – удовлетворяется. Объективность важна, но что она без субъективности, ощущения, смысла? Все, в конце концов, замыкается на субъективности, в том числе и вечность. А если так, то разве это не говорит о действительности, то есть объективности? Словом, субъективно обеспечив себе бессмертие, человек и на деле достигает его. Вот почему житейская мудрость так заботится о вещах и делах, увековечивающих человека. Не наша память делает Александра Македонского бессмертным, но его ощущение нашей памяти. Но чем реальнее это ощущение, то есть действительная возможность такой памяти, а тем самым ее реальное существование, тем реальнее бессмертие.

Компьютер был упрям как осёл: печатал то, на что человек нажимал, а не то, что он хотел бы напечатать.

Носки, устав от тяжелого рабочего дня, валяются на полу.

Хвост за шпионом отвалился и стал воротником у его жены.