Обратил внимание на интересный феномен: когда написанную и многократно пережитую тобой вещь прочитывает какой-нибудь значимый для тебя человек, ты вновь хватаешься за нее и еще раз ее прочитываешь – на этот раз как бы глазами этого человека, пытаясь испытать те чувства, которые могли появиться у него в ходе чтения. Такой новый взгляд на старую вещь – но уже путем собственной идентификации с другим человеком дает возможность увидеть и почувствовать ее заново, по-другому. Словом, попытка «Я» понять себя через выход за свои пределы.

Два человека потеряли по глазу. Один это хорошо чувствовал и очень переживал. Второй совсем не чувствовал, что остался без одного глаза. Он ходил, как ни в чем не бывало и был уверен, что зрит обоими глазами. Оба они прожили по девяносто семь лет. Первый – с постоянным ощущением своей неполноценности, но получая за это определенную социальную компенсацию и медицинскую помощь. Второй – без комплексов, но реально имея проблемы со зрением и не получая какую-либо поддержку со стороны. Трудно сказать, кому из них больше повезло. Для одних ощущение потери глаза может быть хуже, чем такая потеря на самом деле. Для других – наоборот: если ты потерял глаз, то лучше знать об этом, как бы тяжело это ни было. Словом, нет рецептов для рода человеческого в этом мире. Вернее Бог создал многочисленные рецепты на все случаи жизни. Главное – не перепутать их.

– Ты как закуска после тоста!

Я бы с большим удовольствием прочитал бы жизнеописание какого-нибудь заурядного человека, чем знаменитую личность. Про знаменитых и выдающихся людях много пишут, а вот про обычных индивидах – совсем мало. Кому-то, может быть, это неинтересно, а мне – очень даже. Я бы даже выписывал журнал про незнаменитостях, был бы такой. Да и снимки заурядных людей мне всегда более интересны, чем фотографии известных личностей. Посмотреть на глянцевые журналы с фотографиями знаменитостей – для меня обычно это скука: все они, как правило, под ужасными масками. А вот фотография какой-нибудь бабки из захолустья – это откровение, прозрение!

Недавно меня впервые сравнили с Лениным. По словам приятеля-окулиста, у вождя пролетариата один глаз видел хорошо дальние объекты, а другой – ближние. Это помогало Ленину обходиться без очков. У меня – то же самое: пока удается читать и ориентироваться без очков за счет “ленинского” зрения. Окулист сказал, что подобное зрение довольно редко встречается. В его списке, по крайней мере, теперь Владимир Ильич и я. Не знаю, до конца ли жизни Ильич ходил без очков, но я чувствую, что мне уже надо заиметь оные. Видно, c Лениным у меня всегда будет разница во взглядах. Особенно в политических.